г. Петрозаводск, пр. К.Маркса, 14

Тел. +7 (8142) 76-48-35

г. Сортавала, ул. Садовая, 11

Тел. +7 (81430) 4-83-11

Русский English

Частные заводы Бутенанта

Бутенант известен как один из основателей чёрной металлургии в России. Уже в 1690-е годы он владел четырьмя заводами: Фоймогубским, Лижемским, Устрецким, Кедрозерским (все в Заонежье). На Фоймогубском и Лижемском существовали домны; все заводы имели «молотовые амбары» для обработки железа. По качеству железо считалось равным шведскому; в 1680-х годах ежегодный экспорт с заводов Бутенанта составлял 6-7 тысяч пудов. По смерти Бутенанта его заводы принял сын Андрей, но уже в 1703 году Олонецкие заводы отошли в казну.

Обустройство железоделательных «заводиков» в Кижском погосте Обонежского ряда, строительство рабочих слободок, поиск близлежащих месторождений руды, так называемых «волчьих ям» и сам рудокопный процесс, очевидно, стартовал в 1676 г. Тогда к месту работ стали прибывать «мастеровые люди» с Ярославо–Тульско–Каширских железных заводов , ранее принадлежавших семье Марселисов. Место первого шихмейстера Устьрецкого завода занял шведский мастер Венедикт Беэр, основавший одну из самых ярких династий на российских горных заводах .

Таким образом, в Олонецкой губернии, усилиями А.И. Бутенанта и его партнеров был отстроен Устьрецкий молотовый завод, расположенный на Усть-реке, впадающей в Онежское озеро. Тогда же начал строиться Фоймогубский молотовый завод на Спировском (Спиридоновском) ручье между Ковшезером и Путкозером. Железоделательные предприятия строились «…в местах, коими (ранее) ведал гость Семен Гаврилов» и датский авантюрист Иорис . Здесь издавна заводились «лопские заводцы», следы, от которых «ямы и насыпи» сохранялись до начала ХХ столетия. Жители Заонежья по наследству передавали секреты превращения «крицы» в «карельский уклад» – железо, по качеству близкое к образцам современной стали. До прихода команды иностранцев, новгородский купец получил от правительства кредит в сумме 500 рублей на жалованье и техническое оснащение медеплавильного завода на «Спировском ручье» . Вместе с тем, развить промысел не удалось. Именно поэтому «датцкому фактору» пришлось возводить строения горных фабрик по существу вновь. Серьезную поддержку коммерсанту оказали здешние сметливые от природы рудознатцы и взятые в наем талантливые кузнецы, литейщики и «угольные мастера». Мастера возводили усовершенствованные плотины, кузницы, хозяйственные «анбары», позже большую и малую плавильные печи .
Вопрос о первых мануфактурах края проясняет текст жалованной грамоты А. Бутенанту. В 1696 г, царь Петр Алексеевич указывал: «…и заводу для того железного и укладного дела завели и построили в Фоймогубской волости меж Ковш Пудко озер на Спиридоновском ручье, да в Кижском погосте подле Онеги озера, на Усть речки…». После кончины в 1690 г. бездетного К. Марселиса по экономической причине прикрывается филиальный «заводишко» в Фоймогубской волости у Верхозера на Устьматке, невдалеке от Устьрецкого завода. Одновременно А. Бутенант вкладывает значительные средства в новое производство и возводит два водо-действующих завода. Это Лижемский (по названию реки) молотовый впадающей в Чорга-губу Онежского озера , вскоре перестроенный в доменный. И в 25 километрах от Устьрецкого, еще один молотовый завод – Кедрозерский .
Крестьянские мастера выделывали железо из руды в «так называемых сыродутных горнах». Технология плавки «железа всякого», совершенствовалась. Крестьяне, с навыками «где уклад промышляют», под началом иноземных мастеров быстро осваивали выпуск конкурентного металла и продукции для «марсовых потех». Уже в 1681 г. горные фабрики регулярно поставляли на российский и западный рынок не только «полицы железа дощатого», необходимые для беломорского солеварения, но также готовые изделия из металла, в том числе фурнитуру для собственных «пильных» мельниц на Северной Двине у Холмогор. Чуть позже, металлургические рецепты Бутенанта по использованию «лопского железа», пригодились в машинном производстве на Петровском заводе. Практика оказалась столь прогрессивной, что даже шотландец К. Гаскойн в конце XVIII столетия а Александровском заводе (бывшем Петровском) применил «карельский уклад» при изготовлении пушечных сверл.
Оценивая технологический цикл «заводишков», становится понятным, что все железоделательное производство изначально было молотовым. К плавке железа мастера приступили лишь с 1681 г., после строительства доменных печей. Жалованная грамота 1696 г., выданная: «…Андрею и Крестьяну и детям и наследникам их…», подтверждает этот факт. Текст документа перечисляет услуги Бутенанта и семьи Марселисов, за которые «факторам» предоставлялось право на владение Олонецкими укладными заводами. Но главное, «грамота» уточняет год возведения в Фоймогубе доменных печей. Государь указывает: «…а урочные годы считать велено со 189 году (с 1681 г. – М.Д.) генваря с 25 числа», так как «…у них о том заводе челобитье началось быть и железо из руд плавить начато…». «Отбив» в 1701 г. солидный заказ правительства на отливку 100 двенадцатифунтовых орудий, умелый «голштинц» Бутенант фон Розенбуш, возводит на Устьрецком заводе двойную вторую домну.
Вместе с тем, размеры печей и производительность заводов до сих пор остаются не ясными. Известно, что в 1683 г. с Олонецких и Пустозерских укладных заводов Бутенанта «…привезено к Архангельскому городу 6449 пуд. 25 гривенок», из которых 3488 пуд. 25 гривенок отправлено «за море…». Сверх того: «…Да к нынешнему ко 193 году (1685 г. – М.Д.) изготовлено 6903 пуда 5 гривенок». Кроме экспорта железа к «Архангельскому городу», администрация выгодно реализовывала металл в округе, в Поморье, а также на ярмарках, в том числе Тихвинской, Белозерской и Макарьевской, вблизи Нижнего Новгорода. Значительный объем Заонежского железа попадал на торговые ряды Великого Новгорода и Старой Руссы.
На «Фоймогубском» заводе к июлю 1702 г. было изготовлено: 100 орудий двенадцатифунтового калибра, 75590 ядер 12-ти фунтовых, 5160 ядер 10-ти фунтовых и 1244 бомб 4-х пудовых. А также более 2039 пудов прутового железа, 200 ломов большой руки, 99 ломов малой руки, 100 ломов средней руки, а также 2288 лопаток железных. Потенциал заводов, как считает А.П. Васильевский, с поправками составлял 22,6% металлургической промышленности всего государства. К тому же металл датского предпринимателя вне сомнения отличался высоким качеством. Этот факт подтверждает вице-адмирал К.И. Крюйс, позже сообщавший, коменданту горного округа «на Олонце» И.Я. Яковлеву: «Я такое бутенантово железо возил на кораблях в дальние государства, и то железо было и пробу свою держало против доброго шведского…» .
Развитая промышленная инфраструктура, обученный иноземцами персонал, система комплектования «горных мастеров», серьезные правительственные заказы, создавали ощущение стабильности производства датского коммерсанта. Однако позитивное развитие горного дела в Заонежье неожиданно прервалось. Московское правительство в сжатые сроки, осуществило немотивированную и парадоксальную «отписку» производства А. Бутенанта, во владение администрации Олонецкого горного округа. Документальное подтверждение акции содержится в депеше А.Д. Меншикова от 14 июля 1703 г И.Я. Яковлеву. «Губернатор Шлютенбурха» указывает олонецкому коменданту: «Известую тебя, что которые в Олонецком уезде железные заводы за Андреем Бутенантом были, те заводы со всеми к ним принадлежностями и строением и с крестьяны велено ведать к новозавоеванным крепостям к Шлиссельбургу и Шлотбургу и ведать их во всем попрежнему». Более поздняя, 1720 г., опись имущества Устьрецкого завода, позволяет сделать вывод о значительном свертывании «дацкой» мануфактуры, пребывающей под давлением «государева ока». В документе отмечены уцелевшие сооружения: «…две домны каменные, а поверх отруб деревянный». Однако «и иные домны обветшали и распалися одна молотовая деревянная, и в ней 1 молот кричный, 2 молота дощатых». Царский указ бескомпромиссно вынес приговор «…Устьрецкий завод оставить» .
Историки XIX столетия, изучавшие «благодеяния» иноземцев в России, лишь вскользь касались эпизода прекращения деятельности заморских заводов в Заонежье . Исследователь горного дела И. Гамель заметил: «…сии заводы не могли удовлетворить требованиям для войны артиллерийских снарядов, а по сему в 1703 году заложены выше упомянутые Петровские заводы…» .
Бесспорно, мощность мануфактур А. Бутенанта ограничивалась рудной базой. Свою роль играло отсутствие дорог, относительная оторванность «дацких» заводов от рынков сбыта метрополии и от театра боевых действий, кроме того, количество пушек, ядер, бомб, якорей и лопат не могло удовлетворить возросшие боевые потребности русской армии в разгорающейся войне со шведами. В этом смысле закладка 29 августа 1703 г. в устье реки Лососиница Петровских заводов, на которых отливались стволы 3-х и 6-ти фунтового калибра и корабельные якоря, явилась не только символом военного времени, но и реальной экономической необходимостью страны.
Петр I стремился развивать современное отечественное железоделательное производство. Отчаявшись закупать за границей пушки, «дельные вещи», крепежные детали для кораблей, государь в начале XVIII столетия устроил Ухтусский, Алапаевский и Шуйский (с 1713 г. Петровский) заводы . Почти все оборудование, технологические заготовки и металлические детали для обустройства Шуйского казенного завода, производились на мануфактурах А.И. Бутенанта. Более того, руководство в сжатые сроки насильственно переместило в район государевых построек «работный люд», в том числе авторитетных горных мастеров И. Матвеева и Я. Бланка. Проект по сооружению водопроводящей системы с водными механизмами на новом месте возглавил опытный мастер Устьрецкого завода И. Меншак . Упоминаемый в источниках с января 1676 г. , деятельный сотрудник своего патрона Г. Традел, после прикрытия Заонежской мануфактуры в числе лучших мастеров принят на государеву службу, и возводит Шуйский завод. При начальнике Петровских заводов, коменданте Олонца В.И. де Геннине (после 1713 г.), приказчик получает должность начальника пушечного Повенецкого (Алексеевского ?) завода. Его сослуживец Л. Нейдгарт, ранее, в 1697 г., отправлен в Казань для строительства медных заводов .
Таким образом, частные заводы А.И. Бутенанта, явились не только экономическим чудом в малолюдных землях Заонежья, но без сомнения, сыграли весомую роль в успехах русского оружия в начале Северной войны. В этом смысле невозможно умалить персональное значение Андрея Бутенанта фон Розенбуша, крупного иностранного концессионера, владельца первых железоделательных заводов Карелии, чье имя постепенно возвращается к современникам.
По материалам М. Ю. Данкова «АРТИЛЛЕРИЯ ГЕНРИХА БУТЕНАНТА»
Яндекс.Метрика